четверг, 19 мая 2011 г.

Почему Молдова не должна праздновать день победы 9 мая


            Почему Молдова не должна праздновать День Победы


            В последние годы в странах «постсоветского пространства» с подачи российских СМИ, политических деятелей РФ, «русскоязычного» населения, а также определенной части коренных жителей активно разворачивается пропаганда роли и значения 9 мая, трактуемого ими как День Победы над фашистской Германией и ее многочисленными сателлитами. В честь этого дня проводятся многочисленные мероприятия и торжества, призванные подчеркнуть роль России в этом, без сомнения, одном из ключевых событий новейшей истории. Цель всех этих акций более глубокая. Старые советские призывы к «интернациональной дружбе народов» еще во времена СССР стали скорее лозунгом, нежели чем-то реальным, способным объединить народы советских республик. Однако русское сознание, глубоко потрясенное развалом главного детища русского народа – СССР, осознав, что эти лозунги не могут привлечь жителей бывшего СССР, но стремясь к его воссозданию – хоть в какой-то, частичной мере, нуждалось в новой объединяющей идее. Поскольку ничего не сплачивает так сильно, как перенесенные совместно страдания, то авторы идеи возвеличивания 9 мая цинично выбрали именно этот день. Они надеялись на то, что призыв помнить миллионы погибших разных национальностей станет такой идеей, которая сплотит народы и вызовет в них чувство благодарности к России вообще и русским  в частности. А это позволит повлиять и на политическую и культурную элиту стран бывшего СССР в такой мере, чтобы заставить ее, до сих пор призывавшую помнить о тех потрясениях, которые они перенесли в советскую пору, смириться с определяющей ролью России в будущем этих стран. В качестве примера такой политики России возьмем нашу страну – Молдову.
            В первой половине 1990-х гг. под влиянием разоблачений прошлого Молдовы, основанного на скрываемых до того от жителей нашей страны документах, а также благодаря доминированию на политической арене правых и крайне правых сил (НФМ, Конгресс Интеллигенции и др.) роль 9 мая как Дня Победы резко рухнула вниз по сравнению с советскими временами. Этот день отмечался слабо, призывы левых, промосковских сил праздновать его встречали слабую поддержку. По мере того, как население постепенно разуверивалось в деятельности новых, демократических сил и видело разрушительные последствия экономических реформ в стране, начиная примерно с 50-й годовщины окончания «Великой Отечественной» в 1995 г. кривая популярности этого праздника стала постепенно разворачиваться в другую сторону. Важную роль в этом сыграла набиравшая силу ПКРМ, сумевшая объединить вокруг себя значительную часть электората своими пророссийскими обещаниями.
            После своего прихода к власти в феврале 2001 г. ПКРМ превратила празднование 9 мая в важный инструмент своей политической пропаганды, который был призван показать, что эта партия ни в коем случае не отказывается от «славного советского прошлого». Все ее акции в этом направлении активно поддерживались Россией. Собирая большие массы людей 9 мая, руководство ПКРМ полагало, что сумеет укрепить основы своей власти и популярность среди жителей страны.
            Однако трагические для нашей страны события 7 апреля 2009 г., а затем поражения ПКРМ на выборах 29 июля 2009 г. и 28 ноября 2010 г., заметное сокращение числа голосовавших за ПКРМ показало, что ориентация на празднование 9 мая, хотя и приносит известную электоральную поддержку, вовсе не стала определяющим фактором (или одним из таковых), которые могли бы привести эту партию к власти. По традиции, в данном случае не слишком уместной, ПКРМ возложила вину за катастрофу на антикоммунистические силы, которые, по ее мнению. использовали шантаж, угрозы, запугивания, подкуп избирателей, контролируя образовательную систему страны, рассказывали ее жителям лживую и недостоверную историю нашей страны. Безусловно, серьезным недостатком правых в Молдове было, есть и остается их упорное нежелание изучать историю советского периода нашей страны, хотя бы и с критической точки зрения. Они опасаются, что в таком случае придется признать ряд таких вещей, которые были бы им очень невыгодны и ослабили их позиции в народе (это не только бесплатное образование, здравоохранение, но и заметно более низкий уровень преступности, несравнимо более высокий уровень дисциплины и организации и т.д). Но дело в том, что их «просоветские» коллеги совершенно ничем от них не отличаются. Они тоже не желают сидеть в архивах и изучать наше прошлое, то ли от недостатка личного времени, то ли потому, что правда о том времени может поколебать сложившиеся в их головах идеологические клише.  
            Кроме того, ПКРМ и многочисленные сторонники празднования 9 мая как Дня Победы преднамеренно упускают из виду всю сложность этой проблемы в условиях нашей страны. Они исходят из созданной в России предпосылки: в 1941 г. на советскую землю пришли германские фашисты и их сателлиты, в тяжелой борьбе с ними их удалось изгнать и полностью разгромить. Мы нисколько не сомневаемся, что относительно России так оно и есть. Туда действительно ворвались гитлеровские полчища, которые грабили, жгли, истребляли мирное население, ликвидировали или вывозили памятники истории и культуры и т.д. Поэтому разгром такого врага может и должен по праву в России считаться Великой Победой, а война – навсегда закрепиться в своем статусе Великой Отечественной, потому что речь шла именно о защите своего отечества. Этой Победой в России можно и должно гордиться. Применительно к Молдове все совсем не так, как в России, а намного сложнее.
            Прежде всего, Молдова никогда юридически законно не являлась советской территорией. Признав «Sfatul Ţării» и созданные им структуры власти (6-7 декабря 1917 г.) ленинское правительство само загнало себя в капкан, так как в своей Декларации о провозглашении Молдавской Демократической Республики (2 декабря 1917 г.) ясно говорилось, что в центре России нет власти и господствует анархия (т.е. «Sfatul Ţării» не признавал ленинское правительство).
 Молдова никогда не подписывала Союзный Договор (в отличие, например, от Украины). И даже просьба руководящих органов пока еще МАССР включить ее в состав СССР (9 июля 1940 г.) была составлена с грубым  нарушением  советских законов. Одним из  авторов этой просьбы был первый секретарь Молдавского обкома КП (б) У П.Бородин, который, согласно Конституции СССР, вообще не имел права подписывать такие документы (Никогда не являлась она с юридической точки зрения и частью территории Румынии, но об этом мы подробно рассказали в нашем материале «История молдавского государства и его языка», а также в «Международный статус Молдовы», оба опубликованы на моем блоге).
Жителей Молдовы никто никогда не спрашивал на референдуме или плебисците, хотят ли они жить в СССР, хотя в 1924 г. именно СССР потребовал от Румынии организовать под международным контролем третьих стран плебисцит на тему: хотят ли жители Восточной Молдовы (т.н.«Бессарабии») жить в составе Румынии или России или выбрать независимость.  Между тем даже такой сверходиозный деятель как Гитлер был в этом отношении, по крайней мере в начале карьеры, более демократичным, чем Сталин и его окружение. Как известно, 29 марта 1936 г. по решению Гитлера в Германии состоялся плебисцит, на котором немцев спросили, поддерживают ли они разрыв Версальского договора и оккупацию Рейнской зоны. 98,8% ответили Гитлеру «да» - в присутствии огромного количества иностранных журналистов и дипломатов, которые признали, что плебисцит был организован образцово демократично – и это притом, что в Европе того времени было очень много дипломатов и журналистов, которые относились к Гитлеру и его режиму с глубокой ненавистью.
В Европе немало слышали и о сталинских репрессиях, и потому румынская пропаганда неоднократно старалась разъяснить жителям Молдовы, что многих из них ждет то же самое, если она будет захвачена СССР.
Помимо этого, в Молдове присутствовал и значительный процент лиц, просто враждебно относившийся к советскому режиму – по разным причинам: как среди имущих слоев населения, испуганных перспективой экспроприации их имущества, так и ряда других социальных групп – кто по причине пропаганды воинствующего атеизма, кто в результате воздействия румынской пропаганды, кто просто по личным убеждениям и т.д.
            Поэтому у нас есть основания считать, что в Молдове к 1940 г. существовал достаточно значительный численно и влиятельный слой антисоветски настроенного населения. И то, что произошло после оккупации советскими войсками Восточной Молдовы, подтвердило их опасения. Людей стали десятками тысяч отправлять на принудительный труд в разные области СССР (только в 1940 г. – более 65 000 чел.). Начались репрессии политических противников советской власти, экспроприация имущества помещиков  и предпринимателей, что автоматически превращало этих людей во врагов советского режима. Поэтому неудивительно, что вступив в Молдову в 1941 г., румынская администрация нашла себе здесь очень много сторонников и благодаря их усилиям смогла практически уничтожить в крае (примерно до 1943 г.) партизанское движение, арестовав всех основных деятелей советского сопротивления или вынудив их бежать. Известно также, что румынская администрация набрала на территории Молдовы примерно 50 000 чел. для службы в своей армии. Эту цифру называет в своих работах известный молдавский исследователь военных лет Н.Гуцул, работавший в советских военных архивах и изучивший немало румынских документов этой поры. Сторонники «Великой Победы» указывают, что в Советскую Армию мобилизовали более 400 000 жителей Молдовы. Это верно, но не будем забывать, что и число враждебно относившихся к СССР, потерявших имущество или репрессированных также было весьма значительным. Кроме того, и у названных 50 000 человек по сей день в Молдове живет очень много родственников, многие из которых не согласны с тем, что представителей их семьи десятилетиями третировали и оскорбляли. Создалась опаснейшая ситуация, при которой в одной небольшой республике вынуждены сосуществовать десятки и сотни тысяч людей, находившихся в ходе войны по разные стороны баррикад, зачастую из-за этого люто ненавидевших друг друга. Впрочем, пока существовал советский режим, на эту угрозу можно было не обращать внимания, потому что он уже заранее определил, кого надо считать победителями, а кого – побежденными.
            По окончании войны на отношение народа к советским властям сильно повлияла засуха и начавшийся вслед за тем голод, унесший до 200 000 человек, и высылки 1949 г. Все это также укрепляло ряды до поры до времени молчавших противников нового режима. И их число постепенно росло, так как подрастали дети и внуки тех, кто пережил репрессии, высылки, голод и насильственную коллективизацию. Множилось число жителей, недовольных постоянными очередями за «дефицитом», за множеством самых необходимых продуктов, и свое недовольство переносили, пока скрытно, на советский политический режим.
Быстро росло число людей, глубоко оскорбленных тем, что советский режим грубо игнорировал национальные особенности молдаван, насильственно «привязывал» их к русским и украинцам, насаждал русские национальные ценности и культуру под маской «советских», пресекал все попытки молдаван защищать право свободно говорить на своем языке в обществе, а не только на кухне у себя дома, и внушал культ «старшего брата» - «великого русского народа». А первопричиной всего этого в глазах многих из этих недовольных была та самая «Великая Победа» советской армии 9 мая 1945 г., отношение к которой уже тогда незаметно раскалывало молдавское общество.
            Все это подспудно тлело, но изо всех сил скрывалось советской пропагандой. Немолдавской части населения, в основном русским, усиленно внушалось, что есть дружба народов, никто против нее не протестует, люди разных национальностей мирно живут под одной крышей, никто не посягает на доминирующее положение русского народа и его культуры, а отдельные лица, которые кое-где у нас порой что-то высказывают, ни в коей мере не выражают мнения хоть сколько-нибудь значительной части нашего народа, а только свое собственное и еще ничтожной кучки столь же жалких отщепенцев, к которым можно относиться только с гордым презрением. Не видя открытого сопротивления, встречая часто в Молдове дружелюбное отношение, эта часть населения свыклась с этим и поверила в то, что так будет всегда, и что статус русских, овеянных славой «освободителей», несущих с гордостью знамя, на котором написано «9 мая» останется таким навсегда.
            Но пришла вторая половина '1980-х, а с нею – известные лозунги той поры – перестройка, демократия, гласность. И в ходе процесса переосмысления нашего недавнего прошлого стали возникать группы людей, которые задавали себе вопрос: почему с нами происходили все эти бедствия? Кто виноват в том, что они произошли? И так как теперь уже можно было говорить все более открыто, многие из тех, кто молчал все годы советского режима, боясь новых репрессий, стали публично называть виновником всего этого коммунистический режим, принесенный нам без согласия жителей страны на советских штыках в 1944 г., главным символом которого стала «Великая Победа» 1945 г. Именно ее, как символ этого режима, стали винить во всех наших несчастьях. И эта идея нашла себе очень много сторонников. Иначе в условиях Молдовы и быть не могло – мы уже говорили, почему.
            Потрясенная случившимся, когда ранее глубоко лояльные советской власти деятели, а еще чаще коллеги по работе, друзья и соседи вдруг стали заявлять с гордостью о своей принадлежности к молдавскому народу, называть представителей других наций оккупантами, захватившими землю (и прежде всего русских), значительная часть русскоязычного населения вначале не могла поверить увиденному. А когда поверила, стала, в духе вбитых в нее тезисов советской пропаганды твердить, что за этим стоит не народ, а всего лишь «кучка националистов», и что достаточно эту кучку изъять из общества, привлечь к ответственности, как сразу вернется «старое доброе время», когда не было митингов, протестов, демонстраций, «националистов» и т.д. Многие из них остались в плену этой нелепой и примитивной идеи и по сей день.
            А между тем теперь ситуация для носителей идеи «Великой Победы» еще более осложнилась. Дело не только в том, что, как мы уже показали выше, есть все основания говорить о том, что 1944 (и следовательно, 1945-й) стал годом очередной оккупации (после 1812, 1918, 1940 и 1941 гг.) и нацистская чума сменилась советской холерой. Уже выросло поколение, воспитанное на том, что 9 мая 1945 г. символизирует для нас оккупацию. Продолжают работать и выпускать кадры школы и вузы, а готовят они в основном также сторонников именно такой политической позиции. (Сторонники просоветской точки зрения ссылаются при этом на развитие экономики, бесплатное образование, здравоохранение, низкие квартплаты и т.д., но дело в том, что и любая колония в составе метрополии развивалась быстрее, чем после обретения самостоятельности – типичный пример: Индия при англичанах и после них).
 Все это означает, что число жителей Молдовы, не считающих 9 мая ни в коей мере праздником, постепенно и неуклонно растет. А если мы добавим к этому сторонников и активистов некоммунистических партий (ДПМ, ЛДПМ, ЛП и ряда других, которые, как показывают выборы, пользуются поддержкой более чем полумиллиона избирателей, то непредвзятому человеку можно будет со всей ясностью осознать, что упорное продвижение идеи «Победы» именно в молдавском обществе, часть которого воевала с другой его частью ведет нас лишь к бессмысленному накалу страстей и столкновению «стенка на стенку», после которого события 7 апреля  2009 г. покажутся детской ерундой.  Именно поэтому настаивать на культе «Победы» в нашем обществе означает совершать преступление против своего народа: делить его на победителей и побежденных, причем сторонники Москвы и России, в основном русскоязычное население, окажутся победителями, а противники России, хотя и далеко не всегда сторонники Румынии – всегда в роли побежденных. Последние с этим никогда не согласятся, тем более, что они также имеют, как мы уже отмечали, серьезную поддержку в обществе. Это значит – создавать условия для нового, еще более страшного конфликта, чем те, с которыми мы уже сталкивались. Этого допустить ни в коем случае нельзя. А поэтому противники России, среди которых тоже царит разброд и они никак не могут определиться (чего стоит хотя бы Георгиевская ленточка на груди псевдоантикоммуниста Д.Киртоакэ на Мемориале 9 мая) должны четко заявить – 9 мая есть День Европы, День примирения, а не чьей-то победы. А сторонники России – признать этот факт как реальность. Лишь такой выход из сложнейшей ситуации может помирить враждующие стороны и восстановить гражданский мир в нашем расколотом обществе.
           
                                                           Руслан ШЕВЧЕНКО, доктор истории

Комментариев нет:

Отправить комментарий