среда, 2 июля 2014 г.

Что принесет победа ПКРМ на парламентских выборах-2014?

И потому, если ПКРМ действительно желает прийти к власти – ей нужно наладить настоящий диалог прежде всего с США, дав твердые гарантии того, что проевропейский курс будет не только продолжен, но и усилен. Только в том случае, если США поверят в серьезность намерений ПКРМ, приход ее к власти станет реальностью.

Такая постановка вопроса возникла не случайно. Даже несмотря на то, что нынешней правящей коалиции удалось незадолго до выборов выполнить одно из главных своих обещаний перед выборами 28 ноября 2010 г., и добиться безвизового посещения стран Европы гражданами Молдовы, в сегодняшней ситуации это обстоятельство уже не играет сколько-нибудь принципиальной роли. Тем более учитывая безобразную постановку властями проевропейской пропаганды в Молдове: до совсем недавних пор таковая практически отсутствовала, да и ныне, в сущности, только начала возникать.
Причиной того, что у ПКРМ сохраняются достаточно значительные шансы на победу в ходе парламентских выборов, являются прежде всего многочисленные провалы и огрехи АЕИ-КПП, значительный рост коррупции и преступности по сравнению с периодом правления ПКРМ, ускорившаяся продажа в частные руки оставшихся у государства активов, постоянные взаимные обвинения и  грызня лидеров коалиции за власть, едва не завершившаяся весной прошлого года в результате громкого скандала в «Pădurea Domnească» полным крахом и отстранением коалиции от управления страной. Все это, наряду с сохраняющимся тяжелым экономическим положением Молдовы, значительно более медленной, по сравнению с прежними годами, индексацией пенсий, невнятной, путаной и непоследовательной внешней политикой и другими факторами обусловило дискредитацию правящей коалиции в глазах значительной части населения. Все это способствовало сохранению достаточно высокого уровня популярности В.Воронина и руководимой им ПКРМ, которая по многим опросам сегодня набирает примерно столько же голосов, сколько вся правящая коалиция вместе взятая или немногим меньше.
Вышесказанное говорит о том, что даже в условиях очевидного политического прессинга, оказываемого партиями АЕИ-КПП на ПКРМ, отсутствия вещания главной «информационной дубины» оппозиции – НИТа и т.д. у ПКРМ были и остаются достаточно значительными шансы прийти к власти законным путем в ходе парламентских выборов 30 ноября 2014 г. Так, как они это сделали 25 февраля 2001 г., пусть с меньшим количеством депутатов, чем тогда.
Поэтому вполне закономерен вопрос: ЧТО ДАЛЬШЕ? Ответить на него однозначно невозможно, так как надо рассмотреть много самых разных его аспектов. Что мы и попытаемся сделать, пусть во многом конспективно, учитывая масштаб проблемы,  в рамках настоящей статьи.
Первым из них назовем отношение к приходу ПКРМ нынешней правящей коалиции, становящейся в этом случае оппозицией. В отличие от «раздавленного» состояния образца 2001 г., когда правоцентристские силы долго приходили в себя от сокрушительной победы ПКРМ, на сей раз, несмотря на поражение, у сторонников правых все равно будет немало сторонников, готовых, вместе со своими лидерами к активным действиям. Все они согласятся признать победу ПКРМ только в том случае, если результаты выборов будут одобрены Западом и уже сам успех ПКРМ воспримут как сигнал для будущей консолидации. Они будут тщательно отслеживать любые действия ПКРМ и постоянно сообщать об этом на Запад. А на Западе будет немало сил, готовых оказать оппозиции существенную поддержку.
 Очень многое в этом случае будет зависеть от Воронина и его окружения. Если они попытаются действовать в духе первых лет после 2001 г., то есть прессовать бизнес оппозиции и подчинять его развитие «генеральной линии партии», то это только будет способствовать быстрому укреплению оппозиции, потому что еще никто не отменял «нанашизм» и теснейшие связи, в том числе родственные, госаппарата, где останется много противников ПКРМ, с оппозиционным бизнесом. Что в конце концов спровоцирует угрозу повторения событий 7 апреля 2009 г., особенно если на стороне оппозиции открыто выступит Запад (неважно, в какой форме).
Во-вторых, нужно будет учитывать и столь важный фактор, как кадровый. Нынешняя ПКРМ во многом не чета прежней, образца 2001 г., и в ней существенно поубавилось влияние людей, имевших опыт партийной и советской работы, то есть опытных профессиональных управленцев, которые отчасти перетекли во власть в свое время и которые обеспечивали относительно нормальное управление страной. Теперь все эти люди либо вышли на пенсию и уже едва ли смогут принимать активное участие в деятельности госструктур (за малым исключением), либо даже покинули партию (Бондарчук, Мишин и ряд других). Нынешняя генерация руководителей в ПКРМ обладает в основном уровнем сельских и районных (в лучшем случае) руководителей, а между тем решения придется принимать в масштабе всей страны. Это не только обуславливает понижение качества управления страной, но диктует и необходимость заново перетягивать на свою сторону госаппарат, оставленный в наследство нынешней коалицией партий. А это будет существенно сложнее, чем в 2001 г.
Основной причиной в данном случае является то обстоятельство, что к 2001 г. в Молдове в условиях постоянных мелких и крупных кризисов, непрерывного дележа власти  и борьбы за кресла так и не успели сложиться крупные олигархические группировки. Они находились тогда только в процессе своего становления, в соответствии с законами первоначального накопления капитала. Но как раз период относительной стабильности и роста в экономике страны, пришедшийся на период ПКРМ, способствовал концентрации не только власти, но и огромных по меркам Молдовы денежных средств в руках одной группировки политических сил во главе с Ворониным, превратившейся, по существу, в олигархическую и контролировавшую все основные направления развития бизнеса в стране. Бизнес, как говорили в то время, «шел в одно окно». Одновременно этот же воронинский период способствовал немалому обогащению и бизнеса нынешней оппозиции, который примерно к 2005-2007 гг.  укрепился уже настолько, что настоятельно требовал «реформирования» политической оппозиции. В результате был отодвинут «старый партократ» С.Урекян, одно время являвшийся лидером оппозиции, и  в качестве самостоятельного политика появился в 2007 г. В.Филат со своей ЛДПМ, стали постепенно укрепляться и позиции потерпевшей тяжелый крах в 2001 г. ДПМ. В результате в 2009 г. произошел переход власти от одной олигархической группировки к нескольким. «Отодвинуть в сторону» олигархические группировки в условиях пронизывающего все кумовства и теснейших личных связей, существующих на разных этажах власти в стране, поэтому ПКРМ будет крайне трудно и она будет вынуждена считаться с тем, что они исподволь оказывают влияние на ее политику. Не случайны поэтому намеки лидеров ПКРМ на готовность при определенных обстоятельствах сотрудничать с ДПМ (а это значит – с проклинаемым ныне В.Плахотнюком). На это накладывается и то обстоятельство, что ПКРМ остается верной курсу евроинтеграции, заложенному в её уставе и вынуждена учитывать усиливающуюся зависимость Молдовы от Запада и ее вовлеченность в международные структуры (с 2001 г. ситуация в этом плане очень сильно изменилась, причем отчасти усилиями самой же ПКРМ).
Поэтому экономическая политика ПКРМ в случае прихода к власти будет даже еще менее последовательной, чем после 2001 г., и после первых месяцев (или в лучшем случае года-двух) эйфории она снова вернется на либеральные рельсы. Более того, вскоре она станет настолько либеральной, что далеко переплюнет нынешних правых. Единственным важным пунктом, который, однако, останется незыблемым – это будет социальная политика, на которую будут выделяться все более растущие суммы, для поддержания пенсионеров и других категорий малоимущих. Это будет означать конфликт с МВФ и другими финансовыми донорами и возврат к практике относительной экономической автаркии страны, с медленным сокращением государственного долга за счет постепенного роста производства и увеличения выделенных на обслуживание долга средств. Внутри страны такая политика будет способствовать переходу некоторой части бизнеса, контролируемого ныне оппозицией, в руки ПКРМ. Это будет называться возвратом несправедливо отнятого у народа. В то же время ПКРМ вернется, для стимулирования бизнеса, к нулевой ставке налога на прибыль, что вызовет оживление не только «проправительственного», но и «оппозиционного» бизнеса. То есть будет своими руками укреплять оппонентов и делиться с ними. Во внешнеэкономической деятельности ПКРМ намеренно свернет страну с курса на стимулирование экспорта (а вместе  с ним реэкспорта). Объясняется это тем, что основная часть бизнеса руководства ПКРМ, со всеми пертурбациями и потерями последних лет, остается «завязанной» на импорт, ввиду того, что «коммунистический» бизнес пока располагает значительно меньшими связями на Западе, чем у правых, и не обладает необходимыми возможностями для этого. Как следствие, мы вскоре увидим торможение роста курса основных иностранных валют, затем его снижение и медленный рост курса лея. Это будет наносить удар по той части крупного бизнеса оппозиции, которая за последние несколько лет наладила практику понижения курса лея для стимулирования местного производителя, вывозящего товары  из страны (чтобы в этом убедиться, достаточно сравнить курсы валют при ПКРМ и в последние годы, особенно в 2013-2014 гг.). Все это приведет к относительному замедлению роста цен и вскоре – к государственному дотированию стоимости некоторых социально значимых продуктов, в особенности перед выборами. С другой стороны, растущие социальные выплаты и рост числа категорий граждан, получающих их (что необходимо для расширения социальной базы голосующих за ПКРМ) приведут к большой нагрузке на госбюджет, что немедленно скажется при первом же сколько-нибудь серьезном экономическом кризисе в стране. Поэтому, чтобы ограничить возможности спекулирования на экономической ситуации в стране, НБМ начнет жестко контролировать деятельность коммерческих банков, особенно связанных с оппозиционным капиталом.
Будет продолжаться «контролируемая децентрализация» власти в стране, то есть придание полномочий местным органам власти, но при сохраняющемся контроле центральной власти, в лице представителей Правительства в районах. Те политики, которые предпринимают ныне на местном уровне попытки дистанцироваться от нее (как, например, М.Формузал), будут постепенно дискредитироваться и изолироваться от политической жизни страны (насколько это окажется возможным).
В обязательном порядке будет восстановлен контроль ПКРМ над государственными СМИ. Что будет называться в идеологии ПКРМ восстановлением справедливости за нарушение права оппозиции на доступ к ним в 2009-2014 гг. В них появится огромное количество разоблачающих представителей ДПМ, ЛДПМ и ЛП материалов, показывающих грабительский и антигосударственный характер их деятельности, прорумынский курс их политики, отсутствие патриотизма и невнимание к традиционным молдавским ценностям.
Во внешнеполитическом плане ПКРМ столкнется с не менее сложной проблемой. С одной стороны, в свете агрессии России в Украине идея Таможенного, Евразийского и прочих подобных союзов с Россией, еще недавно внешне отстаиваемая ПКРМ, автоматически отступает даже не на второй, а на самый дальний план. Потому что российское руководство почти открыто намекает при этом на повторение в Молдове украинского сценария (скорее всего, после выборов 30 ноября). Говорить в этих условиях о какой бы то ни было «дружбе с Россией» означает не  просто немедленно превратить эту партию в антигосударственную и антимолдавскую, но и сделать ее прямым пособником Путина и Ко. Что вызовет международную изоляцию страны с последующими санкциями и почти неизбежным в этом случае государственным переворотом. В форме ли «7 апреля», «майдана», «киргизского варианта», других похожих случаев или же собственно молдавских «творческих разработок», не имеет в этом случае никакого принципиального значения. Тем паче что даже Лукашенко с Назарбаевым, напуганные крымскими и восточноукраинскими событиями, почли за благо не слишком ускорять «интеграцию в ТС».
Поэтому почти очевидным является тот факт, что после прихода к власти в отношениях с Россией будет взята некоторая пауза, необходимая для перехода на новые рельсы. Это будет тем более неизбежным в свете того, что руководство России, как недавно напомнил вице-премьер Д.Рогозин, не забыло и не простило Воронину своего унижения с «планом Козака».
Затем Молдова постепенно встроится в хор западных государств, которые осуждают Путина за его агрессивный курс. Так было в период президентства Воронина по отношению к Белоруссии. Напомним, что Воронин, поддерживая политику западных стран,  не признал легитимность избрания президентом Белоруссии Лукашенко. Но другого варианта нынешняя ситуация ему просто не оставляет, если он намерен удержаться у власти сколько-нибудь значительный промежуток времени.
Еще больше Воронина  будут толкать в сторону антироссийского курса западные политики. Недооценивать значения этого не приходится. Потому что на Западе усиливаются правые настроения, провоцируемые ростом числа мигрантов, и новый состав Европарламента и других евроструктур, весьма возможно, будет не менее правым (если не более). Как следствие, любые пророссийские высказывания Воронина и его окружения будут на Западе встречены крайне агрессивно и ему достаточно быстро выставят  ультиматум – или ты с нами, или тебя ждет судьба Милошевича или Януковича. Поэтому во внешней политике Воронин, тоже после определенной паузы, вскоре возьмет курс на ЕС. Единственная «вольность», которую ему возможно позволят США и ЕС – это нападки на Румынию и ряд ее деятелей, которые продолжают считать Молдову провинцией запрутского государства.
 Во всей этой конструкции есть, однако, одно принципиальное «но», о котором почти не говорят молдавские политологи и аналитики, привыкшие оперировать всем, что касается ЕС. Оно касается роли США. Как известно, в течение 15 из почти 23 лет, прошедших с момента обретения Молдовой независимости (1991-2001, 2009-2014) у власти в США находилась Демократическая партия. Эта партия, хоть и с естественными оговорками поддерживала молдавских антикоммунистов, и прежде всего дружественную ей ДПМ, и помогает нынешней власти Молдовы и поныне. Однако в январе 2001 г. президентом США стал республиканец Д.Буш-младший.
Случайно или нет, но буквально через месяц происходит первое и пока последнее восшествие ПКРМ к власти в Молдове. Проходит 8 лет. К власти в январе 2009 г. вновь приходит Демократическая партия. И сразу у Воронина, явно потерявшего отчасти свой политический нюх, начинаются неприятности. Сначала он «подставился» архиидиотским в тех условиях подписанием соглашения 18.03.2009 г. с Медведевым и Смирновым, которое «узаконило» пребывание российских войск в Приднестровье до политического урегулирования конфликта и стало одной из причин трагедии 7 апреля 2009 г. Затем в результате во многом собственной недальновидности потерял власть в июле 2009 г. И Демократическая партия США, как она это делала и до 2001 г., продолжила поддерживать нынешнюю правящую коалицию. В отношении к ПКРМ представители этой партии проявляют очевидную сдержанность в оценках. Что вовсе не говорит в пользу молдавских коммунистов и их перспектив на выборах. Поэтому весьма вероятно, что именно позиция США и правящей в ней Демократической партии станет тем определяющим фактором, которое может не позволить ПКРМ прийти к власти. Даже при условии перевеса ПКРМ над другими партиями в настоящий момент. И потому, если ПКРМ действительно желает прийти к власти – ей нужно наладить настоящий диалог прежде всего с США, дав твердые гарантии того, что проевропейский курс будет не только продолжен, но и усилен. Только в том случае, если США поверят в серьезность намерений ПКРМ, приход ее к власти станет реальностью. В противном случае нынешней оппозиции остается только предаваться сладким грезам  о былом величии.

Комментариев нет:

Отправить комментарий