понедельник, 5 января 2015 г.

Противостояние двух берегов Днестра: год 2014. Итоги и прогнозы

2014 год, как и многие предшествующие ему, завершился без каких-либо «прорывных» новостей в приднестровском урегулировании. Было множество мелких событий, которые, однако, не меняли принципиально картину конфликта и только продолжали то, что уже имело место в прошлом. За некоторыми исключениями, о которых мы скажем в дальнейшем. Они могут существенно повлиять на ситуацию в последующий период. Уже в январе Тирасполь повторил свое постоянное требование вывести подразделения полиции, силовых органов и местной администрации Молдовы с территории г.Бендеры, считая их «властями сопредельного государства», под предлогом того, что они «нагнетают обстановку» в городе. Естественно, ответ на это мог быть только отрицательным. Никаких изменений не последовало. По-видимому, представители левобережной администрации сами хорошо это понимали и ни на что особенно не надеялись. Просто лишний раз подняли болезненный для себя вопрос, ибо в присутствии полиции Молдовы, разумеется, невозможно говорить о полном контроле над городом. В ответ на выпад левобережцев, вице-премьер Е.Карпов на встрече со спецпредставителем Председателя ОБСЕ по приднестровскому урегулированию Р.Богоевичем предложил перейти на переговорах к обсуждению «третьей корзины», то есть вопросов политического статуса региона, которые пока что категорически отказываются затрагивать в Москве и Тирасполе. А Президент Молдовы Н.Тимофти в беседе с Р.Богоевичем повторил неизменное требование молдавских властей – вывод российских войск из Приднестровья и преобразование нынешней миротворческой операции в гражданскую миссию под международным мандатом, что должно сделать ее интернациональной по составу и значительно уменьшит возможности России влиять на ситуацию в регионе. Кроме того, он напомнил о необходимости обеспечить нормальное функционирование школ с румынским языком обучения на Левобережье. Это было связано с безуспешными попытками местных властей Левобережья добиться ликвидации этих школ как распространителей прозападной идеологии и практики (например, обвинения руководства Тираспольского лицея им.Л.Благи во ввозе контрабандой крупных денежных средств, которые, по словам задержанных, предназначались для выплаты зарплат сотрудникам лицея). Директор лицея И.Иовчев был задержан за это КГБ Левобережья. Непродуманная выходка Тирасполя вызвала немедленную реакцию в Кишиневе: молдавские власти завели уголовное дело на организаторов и исполнителей сей акции. После чего Прокуратура и КГБ Приднестровья были вынуждены «выразить озабоченность» действиями молдавских силовиков. Хотя надо было просто посмотреть чуть дальше собственного носа и не провоцировать Кишинев нелепыми и никчемными акциями вроде этой. Лидер региона Е.Шевчук и вице-премьер и министр иностранных дел Н.Штански постарались использовать встречу с тем же Богоевичем для новых жалоб на молдавские власти, которые, по его словам, ввели ряд акцизных сборов на поставляемые с левого берега товары и предлагал обсудить эти молдавские решения на очередном раунде переговоров с центральными властями страны. Богоевич, хотя и утверждал, что эта информация стала для него «неожиданностью», дипломатично ответил, что надо бы рассмотреть данные предложения, а также протоколы, подписанные сторонами с 2012 г., однако ничего конкретного не пообещал. Со своей стороны, Верховный Совет региона обратился к Госдуме РФ с просьбой не допустить новую блокаду региона, связанную с введением в силу соглашения Молдовы об Ассоциации с ЕС. Правда, никакого видимого эффекта это обращение не возымело. Явно тупиковая ситуация вызвала известную панику в левобережных СМИ, в которых стала высказываться мысль о скором крахе формата «5+2» и дальнейшего ухудшения ситуации вокруг региона. Власти Приднестровья не высказали открытой поддержки требованию депутата Госдумы Р.Худякова к российским властям «признать независимость» Левобережья и не реагировало на новые «окрики» Д.Рогозина в адрес властей Молдовы и Украины, высказанные в социальных сетях. Впрочем, возможно, потому, что даже Шевчук и Ко убедились в незначительности политического веса Рогозина, несмотря на свой достаточно высокий пост в руководстве РФ. Серьезным предупреждением о накаляющейся ситуации вокруг Левобережья стало высказывание Президента Молдовы Н.Тимофти о том, что опыт, который молдавские военнослужащие получат в рамках операций НАТО, они потом применят на Днестре. Тирасполь напугал крах режима Януковича, после которого практически оказался прерванным и транзит российских войск и вооружения через Украину. Власти региона «затаились», стараясь не делать резких движений и опасаясь, что украинские власти могут вспомнить о недружественном отношении к антиянуковичской оппозиции в Приднестровье. Одновременно стал ужесточаться режим миграционного контроля вокруг региона. Новые власти Украины принялись открыто обсуждать с Румынией вопросы дальнейшей судьбы Приднестровья, направив на границу региона части украинской армии, стали направлять беспилотники, ведшие видео- и фотосъемки территории региона, а также ужесточили порядок пропуск граждан региона через Украину. Все это заставило Е.Шевчука пожаловаться на поведение украинских властей послу США в Молдове У.Мозеру, уверяя последнегов некоей «открытости» Приднестровья. Со своей стороны, В.Путин «привлек внимание» Президента США Б.Обамы к усиливающейся изоляции региона, а министр иностранных дел РФ С.Лавров назвал этот процесс «возмутительным». Делалось это российскими властями в надежде на успех «Новороссии» на востоке Украины, что позволило бы сторонникам РФ взять под контроль не только восточные, но и все южные области Украины, включая Одесскую, и выйти на границы Левобережья. Впрочем, как показали дальнейшие события, все эти протесты оказались совершенно безрезультатными, так как России не удалось расширить «Новороссию» дальше границ Донецкой и Луганской областей, да и то далеко не полностью. В итоге все эти заявления только усилили подозрительность Молдовы и новых властей Украины в отношении региона. Сразу после этого СБУ Украины задержало пограничника Приднестровья, который «отправился за мебелью», назвав его приднестровским шпионом. И хотя КГБ региона выступил в защиту сотрудника, СБУ не изменило своей позиции. Даже этот, в сущности, незначительный факт, говорил о значительном обострении ситуации. Что это действительно так, говорил и провал очередного раунда переговоров в формате 5+2, намеченного на 10-11 апреля, в котором власти региона обвинили Молдову. На этом фоне стала еще более невнятной позиция Москвы. Хотя представители Тирасполя, в частности, председатель Верховного Совета региона М.Бурла, просили РФ принять Приднестровье в свой состав, по примеру Крыма, из Москвы не следовало никаких положительных новостей. Больше того, С.Лавров, а затем и председатель Госдумы РФ С.Нарышкин повторили прежнюю позицию РФ о признании Приднестровья частью Молдовы с особым статусом. А Д.Рогозин дополнил их, заявив, что признание Приднестровья Россией может быть только в условиях возникновения угрозы жизни и безопасности граждан региона. Вероятно, путинское руководство поняло, что в условиях нарастающего конфликта с Западом вокруг Крыма (санкции стали обретать размах несколько позднее) у России может не оказаться ресурсов для того, чтобы поддержать регион в полном объеме, как пришлось бы делать, если бы РФ признала бы независимость Приднестровья, да еще можно было навлечь на себя новый вал санкций. Однако этого поначалу не поняли в Тирасполе. Экс-министр иностранных дел региона В.Лицкай даже заявил, что Россия на Крыме не остановится и будет двигаться дальше, намекая на продвижение к Приднестровью. Зато прекрасно поняли СМИ региона, которые стали уже с досадой отзываться о действиях российских властей. Аннексия Россией Крыма в результате непризнанного никем в мире референдума, начавшиеся боевые действия в Донбассе, заявления В.Путина о некоей «Новороссии», в которую исторически, как известно, входила и «Бессарабия», вызвали протесты и молдавских крайне правых. Национал-либералы, а также Ассоциация участников приднестровского конфликта 1992 г. потребовали ввода в Молдову войск НАТО для военного решения приднестровской проблемы. Эта тема оказалась очень актуальной для некоторых других политических партий Молдовы и на состоявшихся вскоре парламентских выборах в Молдове одним из главных лозунгов ЛП во главе с М.Гимпу было требование добиться вступления Молдовы в НАТО. Что тоже стало знаковым событием – впервые парламентская партия Молдовы открыто требует вступления страны в НАТО, которое крайне негативно относится к приднестровскому режиму. В этой связи нельзя не напомнить, что левобережная пресса очень болезненно среагировала на сообщения о начале строительства Молдовой новой тюрьмы, куда, как начали предполагать с легкой руки ныне покойного депутата Парламента И.Бутмалая местные журналисты, попадут после восстановления территориального единства Молдовы сторонники независимого Приднестровья. Неоднократно они также сообщали о выдуманных молдавским оппозиционным политиком Р.Усатым «американских военных лагерях» в Молдове, которые якобы готовят нападение на Приднестровье. Все это тоже обостряло ситуацию во взаимоотношениях двух берегов. Испуганный происходящими событиями и новым медленно назревающим кризисом, Шевчук пытался бодриться и уверял журналистов 9 мая на пару с Рогозиным, что Приднестровью-де, есть чем ответить в случае угрозы извне, а Россия непременно поможет, «если что». Чего стоили эти смешные утверждения, стало ясно немедленно. При попытке вылететь в Россию через Украину власти последней заставили рогозинский самолет развернуться обратно и вновь сесть в Кишиневе. Там его обыскали сотрудники молдавских спецслужб и изъяли значительную часть подписей левобережцев «за единство с Россией», конфисковав при этом даже некоторые личные вещи Рогозина. Униженный Рогозин был вынужден сесть на обычный рейсовый самолет, отправлявшийся в Москву и на некоторое время пропал из поля зрения политиков и журналистов. В этой крайне сложной для властей региона обстановке в Тирасполе нашлись люди, которые, несмотря ни на постепенно становившийся затяжным «проект Новороссия», ни на все более явное нежелание России вмешиваться в ситуацию, продолжали подстрекать Левобережье к активным действиям. Так, например, директор Центра социальных и политических исследований «Перспектива» И.Галинский именовал новую власть в Киеве «приверженцами нацистской, бандеровской, русофобской идеологии», «киевскими диктаторами» и т.д. Если бы и Тирасполь окончательно перешел бы к такой терминологии, то ничего более самоубийственного для региона сыскать было бы просто невозможно, особенно если помнить, что новую власть в Украине всеми возможными силами и средствами поддерживают не только США, но и ЕС. Из безопасного далека его поддерживали некоторые депутаты КПРФ в Госдуме России. Депутат К.Тайсаев, в частности, призвал активизировать работу посольства РФ в Молдове и всячески помогать Приднестровью. Очень некстати для Тирасполя оказались события 2 мая в Одессе, так как бывший начальник Одесской областной милиции Дмитрий Фучеджи был заподозрен СБУ в помощи пророссийским экстремистам и бежал в Приднестровье. СБУ немедленно потребовала его выдачи. Этот казус только усилил негативное отношение в Украине к Приднестровью. Даже многие бывшие защитники региона из Украины теперь стали пересматривать свою позицию и признавать, что в 1992-м поддержали Тирасполь из-за пропаганды российских СМИ, а ныне для них стало ясно, что Левобережье – враг Украины. В том же направлении высказывался и посол Украины в Молдове С.Пирожков, который обвинил Тирасполь в препятствовании волеизъявлению граждан Украины на президентских выборах 25 мая. А молдавские власти воспользовались обзорной конференцией ОБСЕ в Вене в июне, чтобы напомнить о своем требовании безусловного ухода РФ из Приднестровья и обвинить Тирасполь и Москву в нежелании обсуждать вопросы политического статуса региона. Подписание Молдовой договоров об Ассоциации и о свободной торговле с ЕС 27 июня 2014 г. стало холодным душем для тираспольских политиков, так как некоторые из них еще, по-видимому, втайне питали надежду, что все же удастся как-то при помощи политического веса РФ заставить Кишинев не делать этого опасного для экономики региона шага. Их поддержал оправившийся от майского шока Д.Рогозин, констатировавший «усиление изоляции» региона и пообещавший «всемерную поддержку» России региону в эти трудные для него времена (он это повторил в ходе своего августовского визита в регион). Правда, молдавские власти поставили в известность Тирасполь, что для региона соглашение вступает в силу только с 1 января 2016 г., но это не меняло существенно ситуацию, так как основная часть левобережного экспорта, да и значительная – импорта – шли в ЕС или Молдову. В связи с этим Рогозин призвал власти региона переориентировать торговлю вновь на РФ. С этой целью были подписаны протоколы о межведомственном сотрудничестве органов власти РФ и Приднестровья. Однако в выступлении Е.Шевчука не было сделано заявлений о «переориентации», а только содержалось высказывание о необходимости «стабилизировать экономическую составляющую» (имелось в виду, что в случае вступления в силу сего документа регион может потерять, по расчетам местных властей, 39% производства, 65% экспорта, 57% внешнеторгового оборота, 36% налоговых поступлений в бюджет и 23% ВВП). Власти региона пытались обвинять ЕС в том, что им якобы не дают участвовать в переговорах по внедрению Соглашений об Ассоциации и свободной торговли Молдовы с ЕС, однако представитель ЕС на переговорах Л.Девинь опроверг их заявления, отметив, что приглашения к ним поступали от Евросоюза постоянно, но Тирасполь неизменно направлял на переговоры только одного чиновника. В своем интервью, данном в октябре 2014 г. одному из кишиневских изданий, Л.Девинь дал понять, что у Приднестровья есть выбор только из двух составляющих – либо следовать своим экономическим интересам, и тогда соглашаться на требования ЕС, либо «идеологическая поза», но тогда будут иметь место колоссальные экономические потери. Причем, добавил Девинь, времени для размышлений у Тирасполя все меньше. Между тем стало осложняться социально-экономическое положение и самой России, вынужденной нести незапланированные траты на Крым и войну в Донбассе. Из-за этого с 1 июля прекратились выплаты «российских» надбавок к пенсиям, что ударило по неимущим слоям Приднестровья. Еще одним ударом по левобережной экономике стало введение РФ эмбарго на поставку сельхозпродукции Молдовы, которое охватило и Левобережье. В дальнейшем эмбарго было снято только с двух агропредприятий региона, а сам факт наличия этого эмбарго в отношении приднестровских предприятий и его вреда для экономики Левобережья был признан Москвой и Тирасполем только к середине сентября, почти через 2 месяца после его введения. Существенно повредили имиджу Приднестровья в Украине и достаточно тесные связи бывших смирновских чиновников с руководством сепаратистского Донбасса, благодаря которым такие деятели, как бывший глава МГБ В.Антюфеев и экс-вице-Президент региона А.Караман, а также многие другие политики региона оказались на Востоке Украины и даже заняли там ответственные посты, а также встречи Шевчука с Рогозиным для выстраивания «четырехугольника» с «ЛНР», «ДНР» и Крымом и формирования «полноценной Новороссии». Мало того. Некоторые из них (Антюфеев, Караман, «министры» госбезопасности и внутренних дел «ДНР» А.Пинчук и О.Береза) даже сделали заявление о том, что сегодня они помогают «ДНР», но верят, что завтра пригодятся и Приднестровью. Украинские власти получили в руки еще один очень весомый довод враждебного отношения Тирасполя к себе. Фактически с этого момента Молдова и Украина говорят в унисон о враждебной деятельности Тирасполя против них и координируют свои действия. Пророссийские экстремисты в Одессе постоянно подбрасывают им новые факты (в городе усилилась пророссийская пропаганда, началась серия взрывов и терактов и т.д.). Это еще более отдалило на переговорах позиции Кишинева и Тирасполя, ряд заседаний ОКК был сорван или же внезапно прекращен по инициативе молдавских властей, понимающих, что захват Одессы пророссийскими силами – это выход в южные районы Одесской области, называемые здесь «Бессарабией» и неизбежная вспышка гагаузского (а может быть, и не только гагаузского) сепаратизма в Молдове. В довершение всего в октябре Украина присоединилась к санкциям ЕС в отношении бывшего руководства Приднестровья, что снова взбудоражило общественность региона, сознающую, что над регионом все сильнее сгущаются тучи. В этой ситуации власти региона попытались найти выход в создании в Москве «представительства» Приднестровья в России, намереваясь убедить российские власти в необходимости предоставлять российское гражданство без «посредников» в лице молдавских властей, которые этому, разумеется, препятствуют, и таким образом, получить еще один канал беспрепятственной связи с Россией. Однако получили отказ и в одном, и в другом случае. Представители российского посольства напомнили, что для РФ Приднестровье продолжает оставаться частью Молдовы, а потому все проживающие в регионе лица должны получить молдавское гражданство. А мэрия Москвы ответила, что открытие представительства не вызывается необходимостью. Прозвучало только одно ясное обещание, что Приднестровье станет частью РФ, правда, исходило оно от человека, который не занимал ключевых постов в российском госаппарате. Полпред РФ в Крыму и Севастополе О.Белавенцев пообещал, что-де Приднестровье непременно станет частью России и что это «вопрос времени». Но никто из вышестоящего руководства РФ это мнение российского чиновника не подтвердил. И только наиболее предвзятая часть экспертного сообщества решилась после этого утверждать, что слова Белавенцева непременно реализуются и что это якобы произойдет в случае, если на выборах 30 ноября 2014 г. в Молдове победят проевропейские силы. Ничего подобного, как мы теперь знаем, не произошло и даже не готовилось властями РФ. Впрочем, незадолго до выборов в Молдове С.Лавров вбросил новую «обманку» для Левобережья. Имея в виду высказывания тогдашнего кандидата на пост Президента Румынии В.Понты о том, что если он станет Президентом, то осуществит объединение Молдовы и Румынии к 2018 г. (что автоматически означает, что судьба Левобережья повисает на волоске, ибо Румыния – член НАТО), Лавров заявил, что если Молдова потеряет свой статус независимого государства или если перестанет быть нейтральной, то Приднестровье «станет независимым», то есть будет признано в этом качестве Россией. Разумеется, никакого объединения нет и не предвидится даже в очень отдаленной перспективе и заявления В.Понты обусловлены тем, что именно этого от румынских политиков ждут избиратели, которым более 150 лет непрерывно доказывают, что «Бессарабия – неотъемлемая часть Румынии», и заявлять обратное для любого румынского политика равносильно немедленной политической смерти, но этого, разумеется, С.Лавров журналистам не разъяснил. Что касается «нейтрального статуса», то в отличие от перспективы вступления в ЕС, которая действительно начинает появляться на горизонте, на что уже намекали руководители этой организации, обещаний принять Молдову в НАТО не давал никто из натовских чиновников. Этого не мог не знать Лавров, но обошел молчанием и эту тему. Вскоре, однако, произошло новое событие, насторожившее политиков Тирасполя. 22 августа в Киеве был задержан депутат Верховного Совета Приднестровья, политолог Д.Соин, последние полтора года живший в Одессе. Последний был хорошо известен тем, что ранее возглавлял в чине подполковника Управление по конституционному надзору МГБ Приднестровья, участвовал еще в приднестровской войне 1992 г. на стороне Тирасполя и имел большой компромат на молдавских политиков. Часть этого компромата, касавшаяся В.Воронина, была опубликована в годы президентства бывшего молдавского лидера, за что Соин был объявлен в международный розыск. После падения Воронина в 2009 г. Соин безуспешно пытался добиться отмены этого решения, но не смог этого сделать, так как не давал гарантий новому молдавскому руководству о неразглашении даже в будущем компромата на его представителей, что было принципиальным условием с их стороны. Предполагалось, что он будет выдан в Молдову, однако Соин и его адвокаты подавали апелляции за апелляцией, пытаясь оттянуть окончательное решение дела. В конце концов украинские власти по неясным причинам изменили свое намерение и решили обменять его, по версии Соина, на группу пленных украинских военнослужащих. Однако он сумел совершить побег из тюремной больницы в Россию. Несмотря на утверждения Соина о том, что такой обмен «планировался изначально» в одной из социальных сетей, в этом есть основания сомневаться. Во-первых, потому, что в таком случае незачем было подавать апелляции в суд, а надо было просто дожидаться подготовки его отправки в «Новороссию» и воспользоваться моментом для бегства. Во-вторых, потому, что сам Соин, пребывая еще в заключении, в середине ноября всерьез расспрашивал автора этих строк в той же социальной сети, что его ждет в Молдове и как защитить себя на суде в Кишиневе. Хотя Тирасполь не реагировал на задержание своего опального политика, но несомненно, что шевчуковское руководство не могло не обратить внимание на случившееся с Соиным, ибо деятелей Приднестровья такого ранга, хотя бы и бывших, молдавские и украинские власти не задерживали уже очень много лет. Случай с Соиным стал только началом. Если еще совсем недавно в Молдове вызвало бурное возмущение хамское поведение охранников Е.Шевчука, по-хозяйски отталкивавших чересчур любопытных, в том числе и журналистов, от своего шефа прямо в кишиневском аэропорту, то теперь молдавские власти резко переложили руль в другую сторону. Начались задержания целых групп российских граждан, в том числе и военнослужащих РФ, прилетавших в Кишинев для осуществления ротации военных из ОГРВ. И если задержания и высылки российских граждан молдавскими властями имели своей целью недопущение «пророссийского» майдана в Кишиневе, который действительно готовился крайне левыми в Молдове, то те же меры в отношении военных преследовали другие задачи. Это срыв и прекращение не только ротации военных, но в перспективе и блокирование перебросок вооружения и военного снаряжения из РФ в Тирасполь, и таким образом, полную изоляцию Приднестровья в военном отношении от России, так как Украина ввела миграционные ограничения для граждан РФ уже давно, а иного пути попасть в Приднестровье, кроме кишиневского аэропорта, у них теперь нет. Тем временем сопредседатель ОКК от Приднестровья О.Беляков с тревогой заявил в ноябре 2014 г., что новых заседаний ОКК «по вине молдавской стороны» нет еще с 26 июня, и это, по его мнению, свидетельство подготовки выхода Молдовы из соглашения 1992 г. по Приднестровью. Правда, не объяснил, чем вызвана усилившаяся военная истерия в СМИ региона, регистрация молдавских полицейских в местных военкоматах и утверждения, что якобы если победит прозападная коалиция, то вступление в Румынию неминуемо и война с Левобережьем будто бы неизбежны, распространявшиеся в Приднестровье. Хотя это были обыкновенные пропагандистские страшилки. В декабре, после подписания Президентом США Б.Обамой «Акта о поддержке свободы Украины» положение региона еще более осложнилось, так как Украина не просто превращается в фактического союзника США, но и Молдова тоже может апеллировать к американской помощи (хотя для Молдовы она в законе не обозначена), потому что для западных политиков Молдова идет всегда в связке с Украиной и определенные преференции ей в этом отношении будут положены в любом случае. Тем более в условиях фактической войны Украины с Россией и горячей точки – Приднестровья – на своей территории. Руководство РФ, погруженное в собственный углубляющийся экономический кризис, на сей раз не пыталось выдвигать какие-то альтернативы случившемуся, а самостоятельно, без московской подсказки, Е.Шевчук не знает, что делать в такой ситуации, действительно очень сложной и для намного более подготовленных и опытных, чем он, политиков. Возник политический тупик, когда Россия уже не в состоянии оказывать прежнюю военную и экономическую помощь Приднестровью, так как военная блокируется, а экономическую оказывать все труднее, из-за истощающихся экономических ресурсов самой РФ. Руководство Приднестровья поставлено перед выбором – не просто согласиться с окончательной переориентацией на западные рынки в результате подписания договора о свободной торговле с ЕС, но и потерять значительную часть собственного внутреннего рынка в пользу западной продукции уже с 1 января 2016 г. Противопоставить этому сейчас региону почти нечего, особенно в условиях его растущей изоляции от России. Поэтому в скором времени приднестровскому руководству придется сделать выбор между Россией и Западом. И это будет такой выбор, последствия которого ударят по региону в любом случае, ибо без поддержки РФ Приднестровье становится легкой добычей Запада. Но не согласившись с требованиями Запада, Тирасполь обрекает свою экономику на развал и смерть. Не говоря уж о растущей перспективе дальнейшей изоляции региона и полного вытеснения российских войск из региона, которая уже начала вырисовываться вдалеке на горизонте. Поэтому для Тирасполя особого выбора уже просто не осталось. А молдавским властям сейчас даже не надо прилагать особых усилий. Просто сохранять и усиливать те санкции и ограничения в отношении региона и граждан России, которые прибывают или убывают из региона и ждать. Ибо ждать осталось уже не так долго. Руслан Шевченко, доктор истории, политический аналитик, Кишинев, Молдавия: Дата публикации: Пнд 5 Янв 2015

Комментариев нет:

Отправить комментарий