суббота, 12 января 2013 г.

Комментарий к словам М.Ткачука


«Сегодня необходимо вести людей за идеями утверждения их собственной власти, в которой не только в принципе не возникнут такие феномены, как Плахотнюк, Лупу или Филат с Гимпу, но и появятся необратимые, подконтрольные обществу новые демократические структуры».
Об этом заявил депутат от ПКРМ Марк Ткачук в ходе своего выступления на конференции «Молдова – захваченное государство», которая проходит в Кишиневе.
Ткачук конкретизировал свое видение этих структур: «Новая судебная система, в которой судьи будут избираться напрямую, новая система прокурорского надзора, в которой прокуроры будут избираться напрямую, новая система контроля за СМИ, в которой невозможно будет подменить общественные интересы интересами одной личности».
«Ну и, конечно же, на всенародном плебисците, а не в Парламенте, должны решаться вопросы стратегического развития страны, принятие программ правления, определяться интеграционные проекты и приоритеты», - заявил депутат.
Только так, по его мнению,  «можно избавиться и от плахотнюкизма и от его возможных рецидивов под иными фамилиями в будущем».

Наш комментарий:


Мы разделяем в целом  мнение Ткачука о необходимости установления подлинно всенародной власти, которая бы позволила построить по-настоящему демократическое государство в нашей стране. Но не можем не задаться вопросом: как, каким образом все это можно сделать в конкретных молдавских условиях, когда все вокруг, сверху донизу связано друг с другом теснейшими узами нанашизма, приятельских, кумовских и родственных отношений, а в последние два десятилетия – и прочными бизнес-контактами? Ткачук этого, к сожалению, не раскрывает. А между тем хотя бы набросками пояснить свой замысел ему необходимо. Какую модель он имеет в виду?
Нечто подобное имело место в советские времена. Судьи тогда, как известно, избирались всенародно, как и в «проекте Ткачука». Но даже тогда, при куда меньшем уровне коррупции, нежели теперь, секретари райкомов, а порой и председатели райисполкомов или другие представители местного руководства,  всегда могли «договориться» с судьями в обмен на нужные им (судьи ведь тоже люди) уступки, поощрения и продвижение по службе их или их родственников, а то и при помощи банальных взяток. Более того, в то время существовала система «демократического централизма», то есть все нити власти сходились в руках райкомов, горкомов во главе с ЦК партии. Никакой многопартийной системы, коалиций между партиями и дележа власти между ними не могло быть в принципе.  А что теперь? Уже в июле 1990 г. единая некогда власть была разделена на три самостоятельные – законодательную, исполнительную и судебную. Между ними немедленно развернулась борьба – кто сильнее, исходя из влияния какой-либо партии в данном районе или городе.  И если в первые годы после обретения Молдовой независимости судебная система выглядела явной прислужницей двух других ветвей власти, то теперь все иначе. Время от времени судьи тоже показывают свои амбиции и подчиняются только приказам своей партии, даже если это идет вразрез с интересами остальных партий АЕИ.
Предположим теперь, что будет в условиях Молдовы при сохранении существующей многопартийной системы, когда не только депутаты, но и судьи будут избираться всенародно. Это значит, что возникнет точно такая же борьба партий за кресло судей, какая есть уже сейчас за места депутатов. И так как от судей в нашей жизни зависит очень многое, а в дальнейшем будет зависеть, в соответствии с западной моделью развития, на которую мы ориентируемся, и еще больше (ведь они решают не только личные, но и имущественные вопросы), то места судей тоже станут предметом торга политических партий. Притом по мере обогащения местных кланов, на кон будут ставиться все более крупные деньги (а стоимость этих постов уже и сейчас измеряется очень крупными суммами). В ход тут же пойдут стандартные предвыборные приемы – наглый подкуп, шантаж, угрозы, террор (не только моральный, но, если потребуется, и физический). И мы в самый короткий срок получим аналог парламентской предвыборной кампании, а люди вскоре и сами запутаются, в каких выборах они теперь участвуют – так как везде будет абсолютно одно и то же. Плюс к этому избираемые судьи обязательно окажутся родственниками каких-либо местных или столичных руководителей, и те будут еще более беспардонным образом проталкивать свои интересы через них.
Мы уже не говорим про прямые выборы прокуроров (такого не было даже в СССР). Здесь грызня политических сил развернется уже за то, кому наказывать провинившихся. Что это означает на практике, мы видим в сегодняшней Молдове, где контроль над Генеральной Прокуратурой принадлежит ДПМ. И практически никто не может обойти эту партию при рассмотрении любого вопроса, попавшего в Генпрокуратуру. Это значит, что откроется еще одна колоссальная кормушка для юристов, которые у нас и без того отнюдь не бедствуют (разумеется, те, кто устроился), а также для руководства той партии, которая контролирует данного прокурора. Фактически это означает окончательное превращение всей судебной системы, которая и так уже во многом контролируется партиями, в служанку местных партийных боссов, какую бы партию они при этом бы не представляли. После  этого рассуждения о какой-то «независимой судебной системе», а тем более принципе «несменяемости судей» или, тем паче, недопущения коррупции в их среде станут просто поводом для анекдотов.
Очень положительной выглядит идея Ткачука о том, что вопросы стратегического развития, принятие программ правления, определение интеграционных проектов и приоритетов должны определяться на всенародном плебисците. Это, пожалуй, идея для будущего нашей страны, но не ближайшего, а гораздо более отдаленного. Потому что на практике он нигде в Европе пока не реализовывался, и опыта реализации такой идеи просто не существует ни у кого. Кроме того, возникает и ряд новых вопросов. Во-первых, мнением народа можно достаточно ловко манипулировать и в зависимости от той или иной кампании получать от него тот или другой результат, выгодный властям. А во-вторых, никто ведь не гарантирует, что власти, видя, что итоги референдума могут быть для их планов невыгодны, не попытаются срочно «подчистить» их результаты в нужную сторону. До сих пор всем памятны странные истории на выборах примара Кишинева в 1999 и 2003 гг., когда в Примарии у вроде бы проигрывавшего выборы Урекяна внезапно ломались компьютеры, а когда они восстанавливали работу, цифры уже были в пользу уважаемого примара. Кроме того, в-третьих,  как показывает опыт, плебисцит (он же референдум) можно легко сорвать либо не признать его результаты, если начнутся массовые протесты недовольных. У нас в стране, где население расколото примерно пополам, это совершенно неизбежно. И это вовсе не пустая угроза. Если, например, выставить на референдум идею о переименовании курса истории – из Истории румын в «просто Историю», можно в тот же день получить митинги либералов, да еще и части представителей других партий АЕИ. А они народ отчаянный, пойдут на все. И что делать в таком случае властям? А ведь это только один такой пример.
Совершенно непонятно, как при прямом выборе судей и прокуроров, предлагаемых Ткачуком, можно избавиться от «плахотнюкизма», хотя сама по себе это более чем благородная и нужная задача, учитывая колоссальный масштаб влияния Плахотнюка и его людей именно на судебную систему. Ведь уже давно известна идея все того же Плахотнюка о необходимости избирать депутатов не по партийным спискам, а персонально. Он эту идею настойчиво «пробивает» на всех уровнях власти. И опять-таки давным-давно известно, зачем он это делает: потому что по спискам протащить своих людей у него не слишком получится (это показывают все соцопросы, дающие ДПМ от силы 15% голосов). Зато если выборы будут за конкретную личность, то с его-то гигантским по молдавским меркам финансовым и медиа-ресурсом не составит никакого особого труда заполучить как минимум в значительной части районов на всех основных постах своих людей. Точно ту же схему, да еще и апробированную многолетним практическим  опытом реального руководства ею, Плахотнюк протащит и при избрании судей и прокуроров и в случае реализации «варианта Ткачука». Только тогда снять их будет куда труднее, потому что они будут избраны уже народом, а не кучкой депутатов в Парламенте и не непосредственным начальством, скажем, Генеральной Прокуратуры, руководство которой при любой перетряске кадров можно будет поменять.
Поэтому общий вывод здесь таков: идеи Ткачука в очень многом, безусловно, хороши. Теоретически. Но на практике их реализация может привести в настоящее время к еще большей коррумпированности и без того прогнившей от взяток до предела судебной системе, ввиду наличия борьбы партий, которые будут использовать любые выборы для сведения счетов с конкурентами (а уж судей и прокуроров, которые предоставляют колоссальные возможности для давления на кого угодно – и подавно). Предварительно здесь нужно было бы продумать реально действующий механизм очищения от коррупции всей судебно-прокурорской системы страны. Иначе мы рискуем столкнуться с еще большими проблемами, чем даже ныне. Еще менее реалистична в конкретных молдавских условиях идея референдума (плебисцита) по важнейшим вопросам жизни страны. Возможно, она была бы реализуема в другой стране, где население не так расколото и не настолько поляризовано, как в нашей. Но в Молдове в настоящий момент при ее реализации (хотя это действительно механизм подлинной власти народа) мы рискуем столкнуться с новым витком политического противостояния. Недооценивать это, на наш взгляд, было бы непростительной ошибкой.

                                   Руслан ШЕВЧЕНКО, доктор истории

Комментариев нет:

Отправить комментарий