среда, 15 июля 2015 г.

28 июня: что означает этот день для истории Молдовы?

28 июня 2015 года в нашей стране пройдут местные выборы. В этот же день исполняется, по злой иронии судьбы, 75 лет со дня 28 июня 1940 года, когда советская армия захватила Молдову у Румынии. Которая никогда, согласно международному, да и собственному законодательству, не смогла окончательно «узаконить» свои права на «Бессарабию», не добилась признания этого и от других государств, а инспирированные Румынией  решения «Sfatul Țării» 27 марта и особенно 27 ноября 1918 года были всего лишь политическим фарсом. 
После 28 июня 1940 года в Молдове развернулась кампания репрессий против политической оппозиции. Уже к концу 1940 года Молдову было вынуждено покинуть (без бессарабских немцев) более 220 000 ее жителей. Это были как чиновники бывшей румынской администрации, так и местная знать, представители интеллигенции и часть крестьянства. Они знали, что ждет их при новой власти, ибо румынская пресса не раз сообщала о репрессиях 1930-х годов в СССР и политических ссылках, и понимали, что рано или поздно тоже станут узниками лагерей. Еще более 65 000 человек были силой отправлены по оргнабору на предприятия Донбасса. В 1941 году репрессии продолжались. В июне 1941 года было выслано еще более 22 000 человек. А о том, сколько было за этот год арестовано и отправлено в лагеря, нет сведений даже до сих пор.  Очень ориентировочно называется цифра в 65-70 000 человек. Не спасло положение даже возвращение примерно 300 000 человек из разных стран Европы в Молдову. Эти люди надеялись, что с уходом румынской администрации теперь в Молдове станет жить лучше. Но стали заложниками сталинского тоталитарного режима.
В результате численность населения Молдовы в 1941 году намеренно никогда не публиковалась, потому что вызвала бы законное недоумение не только у исследователей-историков, но и рядовых жителей. Напомним, что на момент образования Молдавской ССР, 2 августа 1940 года, на ее территории проживало, по советским данным, 2,7 млн.человек. А по данным на 25 апреля 1941 года (то есть уже за 2 месяца до войны, но еще до июньских высылок), в республике жило всего 2 609 308 человек. То есть население, даже при тогдашней очень высокой рождаемости, сократилось почти на 100 000 человек.
Однако в городах численность населения резко выросла. В основном за счет «новоприбывших» из восточных областей СССР. Если к июню 1940 года, по советской оценке, в Кишиневе жило 120 000 человек, то уже к февралю 1941 года, когда состоялся первый съезд Компартии республики (КП (б)М),  численность жителей города перевалила уже за 200 000. Между тем именно в это время, 10 ноября 1940 года, в Молдове произошло одно из мощнейших землетрясений за всю ее историю, нанесшее большой урон ее жилому фонду и Кишинев даже к началу войны был восстановлен после него только частично.
Еще более страшные потери понесла республика за годы войны. На ее территории свирепствовали эпидемии тифа, малярии, оспы и других болезней. Как во время боевых действий немецко-румынских и советских войск в июне-августе 1941 года, так и в марте-мае, а также августе 1944 года, когда они на территории Молдовы возобновились, обе стороны подвергали ее населенные пункты бомбардировкам и обстрелам, в том числе из тяжелой артиллерии. Налет в произвела в апреле 1944 года и англо-американская авиация. Как следствие,  потери  населения  республики в результате  боевых действий на ее территории оказались настолько устрашающими, что численность населения Молдовы сразу после боев, к началу сентября 1944 года,  никем и никогда не публиковалась даже до сего дня. Самые ранние цифры относятся уже к началу января 1945 года – 2 025  000 человек. Принимая во внимание, что за эти месяцы война ушла уже и из Румынии, то можно предположить, что на территорию республики хлынул поток репатриировавшихся на Родину сразу с двух сторон – и из Румынии, и из Украины и других более восточных регионов СССР. О том, сколько было репатриантов, можно только догадываться, но едва ли меньше нескольких сот тысяч человек. Это значит, что население республики сократилось за эти годы почти на миллион человек (из 2,6 млн. к маю 1941 г.). То есть примерно на 1/3, как Беларусь. Но лишь часть из них, примерно 350 000-400 000, погибла от эпидемий, в результате боевых действий или в концлагерях. Остальные, и это была оставшаяся местная интеллигенция – учителя, врачи, инженеры, управленцы разного уровня - бежали, и, что самое страшное было для власти – бежали на Запад. Кто в Румынию, а кто и еще дальше. О их дальнейшей судьбе с тех пор мало что известно даже поныне.
Нельзя не сказать и еще о нескольких позорных для советской администрации страницах истории тех лет. Согласно официальной историографии, из Молдовы в июне-августе 1941 года эвакуировалось «более 300 000» ее жителей. Однако регионы, где расселялись эвакуированные из Молдовы, были руководству компартии республики хорошо известны (среднеазиатские республики и некоторые области России, как, например, Башкирия, Оренбургская область и другие). Поэтому в 1943 году там произвели учет эвакуированных. Их оказалось, по данным для Бюро ЦК, при том, что местные власти строго наблюдали за ними, всего-навсего 79 912 человек. Уже сообщенную в Москву ложь больше нельзя было серьезно пересматривать, чтобы это не обернулось крахом карьеры для тогдашнего молдавского руководства. Поэтому все советские (да и постсоветские) источники продолжают повторять лживую цифру о «300 000 беженцев».
В 1944 году, когда советские войска захватили северные и часть центральных районов Молдовы, чтобы вывести население из линии фронта, они предприняли в мае-июне 1944 г. массовое отселение жителей на север республики. Переселено было, по уточненным данным, 256 825 человек. После Ясско-Кишиневской операции все они вернулись домой. Но увидели устрашающую картину: целые селения были разграблены мародерами из числа советских военных. По советским же оценкам, украдено было в разных населенных пунктах от 40 до 60% скудного имущества, которым владели тогда крестьяне.
После войны советский режим развернулся в Молдове уже во всю ширь своих преступных возможностей.  Мы уже не говорим здесь о массовых избиениях и моральном терроре, который возобновили представители новых властей против местного населения, о чем в архивах сохранились сотни многостраничных документов, и эти избиения, шантаж и террор продолжались до начала 1960-х гг. Не станем повторяться и относительно высылок 1949 и 1951 гг. (это еще около 40 000 человек, часть которых вернулась обратно в Молдову даже в 1960-е гг. и десятилетиями жила полностью бесправной в разных районах республики). Сразу же, в начале 1945 года, было мобилизовано «на стройки народного хозяйства» 1650 человек. Хотя в республике в 1946-1947 гг. разразился голод, от которого, даже по оценкам просоветских авторов, не склонных завышать цифры, погибло более 115 000 человек (по оценкам других авторов – 150-200 000 человек), сразу же возобновилась практика оргнабора населения на «стройки народного хозяйства» в районы Средней Азии, восточных областей Украины, Урал, Кузбасс и другие регионы РСФСР.
Лишь со второй половины 1947 года с  набираемыми таким образом людьми стали заключаться «трудовые договора» на срок 2-3 лет, но при этом оговаривалось, что ехать должно только мужское население, без семей, которые брать запрещалось, чтобы в дальнейшем закрепить их на новом месте проживания. Впрочем, принимались и целые семьи, но по другому «потоку», который координировался как Главным управлением по оргнабору Министерства трудовых резервов, так и Главным управлением по переселению Минсельхоза МССР. В 1955-1967 годах эти организации были объединены в Главное управление по переселению и оргнабору рабочих (в 1967-1977 – Комитет по использованию трудовых ресурсов; в 1977-1990 – Госкомитет по труду). Только за период 1940-1941 и 1945-1971 гг. эти организации отправили на работу в разные регионы СССР, по подсчетам автора этих строк, изучавшего существующие архивные материалы по теме, 590 000 человек. Документы  Госкомтруда за период 1972-1990 гг., которые не были переданы в Национальный Архив, были по чьему-то указанию сожжены во дворе Госкомтруда в мае 1990 года, сразу после прихода к власти кабинета М.Друка. Так свидетельствовали автору в 2009 г. бывшие сотрудники и некоторые руководящие работники Госкомтруда. Кто и почему дал такое указание, им осталось неизвестным. Однако автору удалось восстановить примерную численность тех, кто покинул республику и после 1971 года, по документам других архивов. Это еще приблизительно 50-70 000 человек. То есть за советский период только по оргнабору республику покинуло примерно 650 000 человек. Основная их часть никогда больше на родину не вернулась (примечательно, что оставившие свои воспоминания бывшие руководители Госкомтрудресурсов и Госкомтруда А.Баркарь и П.Якубовский нигде темы переселения и количества переселенных не касаются). Ну а численность тех, кто покинул республику по приглашениям, щедро расклеивавшимися тогда разными советскими организациями во всех населенных пунктах Молдовы, вообще никто никогда не считал.
Ожесточенная борьба развернулась с десятками антисоветских организаций, которые действовали в республике. Борьба с ними затянулась на полтора десятилетия и последние вооруженные «террористы» были уничтожены лишь к концу 1958 года. Их жестоко карали: только в 1944-1953 гг. было расстреляно по политическим обвинениям 5485 человек. О том, сколько было расстреляно по этим статьям после 1953 года, данных нет до сих пор. Нет  пока данных и о том, сколько было осуждено по «политическим» статьям в республике хотя бы только за сталинский, не говоря уж о последующих «советских» этапах истории Молдовы.
Руководящие работники республики 1940-1941 гг. и после 1944 года в своем подавляющем большинстве были жителями других регионов СССР. Незначительное исключение составляли жители бывшей МАССР. Жителей правобережья МССР (90% населения и территории республики) в руководстве республики в то время практически не было. Из-за этого «национальная» республика даже для посторонних людей в то время выглядела как оккупированная, захваченная врагом территория. Ситуация стала меняться лишь после прихода к власти в Молдове в 1961 г. И.Бодюла, который взял курс на целенаправленное выдвижение кадров Правобережья на руководящие должности. Но даже к 1990 году молдаване не достигли по ряду министерств и ведомств даже половины кадрового состава (хотя в общем по республике их было, как показывали переписи, от 63,9 до 64,5%).  
Все эти и множество других фактов говорят о том, что в 1940 и 1944 году Молдова была не «освобождена», как об этом любят кричать сторонники молдавских социалистов и коммунистов, а захвачена врагом. И те, и другие лишь вскользь, сквозь зубы упоминают о высылках и «имевших место сталинских репрессиях», для виду их осуждая. Не более того. Вместо румынской оккупационной администрации, никогда не рискнувшей спросить мнения народа Молдовы на плебисците, желает ли он, чтобы она и дальше правила нашим краем, пришла советская оккупационная администрация. Еще более жестокая, циничная и враждебная чувствам и чаяниям нашего народа, чем прежняя. Не зря в молдавском народе закрепилась и повторялась многократно даже в трудные для нашего национального самосознания советские годы поговорка: «лучше всего было тогда, когда румыны уже ушли, а советские еще не пришли». Эта поговорка лишний раз подтверждает великую мудрость нашего народа. Который не позволит, чтобы в наши времена ему снова стали навязывать «старые песни о главном» в исполнении относительно молодых деятелей ПСРМ. Что это будет так,  современным молдавским левым придется убедиться уже в недалеком будущем.

                                               Руслан ШЕВЧЕНКО, доктор истории

Комментариев нет:

Отправить комментарий