среда, 15 июля 2015 г.

Коалиция коммунистов с правыми: европейская практика или измена идеалам

В течение всей более чем 20-летней истории ПКРМ то и дело возникала дискуссия – следует ли партии по каким-либо вопросам голосовать вместе с властью, если эта власть представлена правыми силами. При этом высказывались прямо противоположные точки зрения: от необходимости голосовать вместе с правыми, если это в интересах государства, до невозможности такого совместного голосования ни по каким вопросам, ни при каких обстоятельствах, по идейным соображениям. Несмотря на эту дискуссию, голосования такого рода имели место и в «первозданной» ПКРМ образца «до» 2001 г. и объяснялись в то время чрезвычайными обстоятельствами или же необходимостью дальнейшего ослабления правящего режима. Примером такого голосования может служить совместное голосование 9 ноября 1999 г. ПКРМ, ХДНФ и 5 независимых депутатов за отставку правительства Иона Стурзы. Несмотря на то, что прозападные партии удержали власть в своих руках и 21 декабря 1999 г. проголосовали за более «компромиссное» правительство Д.Брагиша, прецедент голосования с правыми у ПКРМ возник уже в то время (были случаи совместного голосования и по другим, более мелким вопросам, но они были тогда крайне редки и не обращали на себя внимания сторонников левых).
С приходом к власти в результате выборов 25 февраля 2001 г. ПКРМ демонстративно отклонила практически все законопроекты, подготовленные правыми партиями до выборов, и целенаправленно принимала только законопроекты своих сторонников. Законопроекты, предложенные правыми, в лучшем случае иногда обсуждались в Парламенте, но практически никогда не принимались. Самым известным в те годы казусом совместного голосования левых и правых в Парламенте стал Закон об основных положениях особого правового статуса населенных пунктов левобережья Днестра (Приднестровья) от 22 июля 2005 г. Это был поистине невероятный случай полного консенсуса депутатов по вопросу, который еще не так давно вызывал бурную полемику левых и правых (консенсус по данному вопросу сохраняется между ними и сегодня: несмотря на непрерывные требования Тирасполя и открытое давление Москвы, как ПКРМ, так и правые партии единодушно отказываются идти на уступки и отменить или хотя бы пересмотреть этот закон). Нужно сказать, однако, что у левых экстремистов в Молдове и поддерживающей их России этот факт вызвал возмущение. Недовольство и недоумение по поводу случившегося стали высказываться тогда и среди части коммунистов. Но так как партия оставалась у власти, то и этот протест со временем сошел на нет.
После победы на парламентских выборах 29 июля 2009 г. правая коалиция отплатила коммунистам той же монетой: практически все законопроекты, подготовленные коммунистами как до, так и после этой даты, автоматически отвергались потому, что исходили от ПКРМ. Так продолжалось более 5 лет. До 23 января 2015 г. Даты, которая войдет в историю молдавского парламентаризма, как случай, когда ПКРМ голосовала «за» прозападное правительство. Курс которого, как и постоянно менявшийся персональный состав, она непрерывно крайне резко критиковала в течение всех лет пребывания в оппозиции, неоднократно требовала вотума недоверия, на месяцы покидала парламент, устраивала многочисленные митинги, манифестации и многочисленные шествия с протестными лозунгами. Даже когда руководство ПКРМ исключило из партии группировку крайне левых, во главе с бывшим главным идеологом партии М.Ткачуком, бывшим исполнительным секретарем Ю.Мунтяном, «лицом партии на международной арене» Г.Петренко,  редактором Интернет-издания ПКРМ П.Григорчуком, это не вызвало в партии такого недовольства, как голосование за правительство К.Габурича вместе с ЛДПМ и ДПМ. Вслед за этим решением последовал массовый выход рядовых коммунистов, целых парторганизаций и даже  райкомов южных районов из состава ПКРМ.   Основной причиной при этом называлось несогласие с намерением руководства ПКРМ сотрудничать с проевропейскими партиями, членов которых авторы заявлений именовали «бандитами и коррупционерами». Другими объяснениями также служили отказ от соблюдения партийных программы и устава, а у некоторых бывших коммунистов (А.Желюк) даже «игнорирование 2 мая» (имелись в виду события 2 мая 2014 г. в Одессе – Р.Ш.) и «саботаж, чуть было не повлекший срыв празднования 70-летия со дня Победы».  В частных беседах и некоторых Интернет-публикациях бывшие партийцы объясняли происходящее тем, что партия стала «прислужницей Плахотнюка».
Соглашаясь с тем, что В.Плахотнюк действительно обладает рычагами влияния на руководство ПКРМ (как поясняли автору некоторые представители руководства ДПМ, эта партия намерена в ближайшие годы разрушить ПКРМ окончательно, присоединив к себе ее остатки), мы считаем,  что мотивация  выхода из рядов партии, излагаемая экс-коммунистами, все равно остается неполной и явно недосказанной. Поясним, что имеется в виду.
Как известно, ПКРМ провозглашает себя правопреемницей КПСС (со всеми ее предыдущими наименованиями – РСДРП (б), РКП (б), ВКП (б). Но как известно из истории этой партии, РСДРП (б), несмотря на то, что во главе ее стоял сам основатель партии В.Ленин, вовсе не чуралась коалиций с другими партиями, хотя и только левыми (нынешняя ПКРМ отказывается даже от этого) – такими, как народные социалисты или эсеры во II Госдуме (1907 г.)., а придя к власти, даже создавала с ними коалиционные правительства (с левыми эсерами в 1917-1918 гг.). И в то время у коммунистов такие союзы вызывали стойкую антипатию, но Ленину, обладавшему огромным авторитетом в партии,  видевшему намного дальше даже своих ближайших соратников и понимавшему необходимость таких союзов на данном этапе,  удавалось провести эти решения в жизнь.
Эту практику продолжали позднее и в европейских странах. Так, например, Французская компартия поддерживала левое правительство Народного Фронта во главе с Леоном Блюмом (1936-1937 гг.), принявшее ряд важных для того времени законов – о 40-часовой рабочей неделе, оплачиваемом отпуске для рабочих и т.д. При этом ФКП в правительство Блюма не входила. Однако в последний период второй мировой войны и первые годы после нее (1944-1947 гг.) ФКП участвовала в деятельности сразу нескольких правительств Франции, причем отнюдь не левых, а состоявших в своем большинстве из известных правых политиков. Это были кабинеты будущего основателя V Республики Ш.де Голля, Ф.Гуэна, будущего инициатора идеи создания ЕЭС, а позднее одного из лидеров крайне правых  Ж.Бидо, вновь Л.Блюма и П.Рамадье.  Именно в это время во Франции по настоянию министра юстиции в кабинете Л.Блюма,  П.Рамадье, правительство одобрило План Маршалла. Тот самый, благодаря которому началось бурное послевоенное восстановление Франции, и который сталинское руководство запретило принимать в странах восточной Европы, боясь утратить советский контроль за ними.  Спустя более чем три десятилетия, в 1981-1984 гг. коммунисты вновь участвовали в социалистическом правительстве П.Моруа, принявшем ряд законов левой направленности (сокращение рабочей недели, выход на пенсию в 60 лет и т.д.), а в 1997-2002 гг. – также в кабинете социалистов во главе с Л.Жоспеном. Несмотря на то, что социалисты – тоже левая партия, ее лидеры и рядовые члены во Франции постоянно подвергали резкой критике коммунистов за «левацкие перегибы» и чрезмерную ориентацию на СССР.
Похожие действия предпринимала и Итальянская компартия, причем во времена вовсе не «еврокоммунистические», наступившие после 1956 г., при Хрущеве, а затем и Брежневе в СССР, а при Сталине. Например, в феврале 1945 г. лидер ИКП П.Тольятти заявил, что рассматривает союз с католиками Христианско-Демократической партии не как маневр, а как постоянную линию. Во исполнение этого стали подписываться пакты о единстве действий коммунистов с социал-демократами и христиан-демократами. Входили коммунисты и в правительства этой страны. Это и кабинеты П.Бадольо и Ф.Парри (1944-1945 г.), и начальный этап премьерства А.де Гаспери (1945-1947 гг.). До 1956 г. у ИКП сохранялся Пакт о единстве действий с социалистами. В 1962-1964 гг. ИКП, не состоя в правительстве «Левого центра»,  состоявшего не только из левых, но и из правых партий (Республиканская и Христианско-Демократическая партии) активно поддерживала его деятельность. Даже Президент Италии в 2006-2015 гг. Д.Наполитано также десятилетиями состоял в Компартии Италии. В Испании, после падения диктатуры Ф.Франко в 1975 г. и легализации Компартии (1977 г.), КПИ выступала активно против правивших тогда социалистов, выступая при этом многие годы в Парламенте в блоке с правыми партиями. Португальские коммунисты входили в правительства своей страны в 1974-1975 гг. наряду с социалистами, значительная часть которых относилась к коммунистам крайне враждебно, и затем поддерживали ряд решений этой партии, уже не находясь у власти.
Даже вышеприведенные примеры показывают, что коммунисты разных европейских стран нередко вступали не только в парламентские, но и в правительственные коалиции. Не только с левыми партиями, но и с правыми, причем находились в этих коалициях годами.Как после Сталина, в рамках политики «еврокоммунизма»,  так и при Сталине, которого никак нельзя было заподозрить в симпатиях к правым партиям. Хотя и именовали в своих партийных изданиях правящие партии антинародными, «прислужниками капитала», «слугами международного империализма», «рабами Америки»  и т.д.  Несмотря на то, что программы и уставы компартий Запада вовсе не предусматривали вступление коммунистов в правые правительства и сотрудничество с буржуазными партиями. Такое сотрудничество всегда осуществлялось, исходя из конкретной обстановки в данной стране, с целью повлиять на положение в ней в интересах левых и рабочего движения.
Однако в силу слабой информированности жителей нашей страны, и членов ПКРМ в частности, о богатом сотрудничестве европейских коммунистов не только с левыми, но и с правыми партиями, в том числе и в Парламенте, создание коалиции ЛДПМ-ДПМ при поддержке ПКРМ было  все равно сочтено предательством. Значит, дело не только и не столько в официально декларируемых «выходцами» из ПКРМ причинах несоблюдения устава и программы и сотрудничества с правыми.
Причины имеют гораздо более глубокий характер. Они связаны с тем, что на протяжении многих десятилетий в СССР, на который ориентируются левые избиратели, существовала только одна партия. Деятельность и пропаганда других партий была полностью исключена, а о деятельности зарубежных компартий, тем более в капиталистических странах, рядовые советские жители знали слабо и лишь в общих чертах. Это сформировало у целых поколений советских людей и нынешнего поколения левой молодежи представление о том, что коммунисты не могут ни с кем создавать коалиции по принципиальным соображениям. С социалистами (речь не о молдавских социалистах – Р.Ш.) – потому что они «предатели рабочего класса», оппортунисты и соглашатели, а с правыми – потому что они – защитники интересов крупных предпринимателей и буржуазии и находясь у власти, следуют интересам только этих слоев населения.  В условиях постсоветской Молдовы на весь этот «винегрет» наслаивается еще и закрепляемое российскими СМИ твердое убеждение, что при правлении правых, прозападных партий Молдова – это последовательный и убежденный враг России, готовый вступить в НАТО и ЕС, только чтобы не быть  с Россией и ее проектом «воссоздания СССР» под видом ТС, ЕврАЗЭС и т.д.  А так как для левых избирателей Молдовы любая критика России и ее руководства  абсолютно недопустимы, особенно если они исходят от политических оппонентов, то Партия Коммунистов, которая поддерживает ТАКУЮ власть, автоматически становится партией предателей идеалов рабочего класса, организацией отступников от коммунистических идей (хотя путинская Россия со всех точек зрения – типично капиталистическое государство), и в  ТАКОЙ партии они находиться не могут.
Однако те же приведенные выше примеры показывают нам и еще одно важное обстоятельство. Коммунисты европейских государств сотрудничали с властью, даже не участвуя в ней, и влияли в нужном для себя направлении на ее решения. Именно такой, действительно европейский  путь выбрала сегодня ПКРМ. Мы видели, что в Европе этот путь способствовал усилению социальной направленности власти и проведению реформ в интересах рабочих и малоимущих слоев населения. Если по этому пути «корректирования» деятельности правящих партий пойдет и ПКРМ, то со временем это может существенно улучшить социальную защиту населения, что будет способствовать только расширению политической поддержки власти со стороны жителей. Это то, в чем крайне нуждается сегодня власть в Молдове. ПКРМ в этом случае останется лишь грамотно пропагандировать свои действия по отстаиванию интересов социально незащищенных слоев населения. Что позволит доказать значительной части жителей Молдовы один принципиально важный тезис: и без влияния экстремистски настроенного крыла левая партия в Молдове (даже не находясь у руля) способна реально защищать его интересы. Если это получится, то может вызвать со временем постепенный перелом в умах жителей нашей страны и будет способствовать медленной консолидации ее населения вокруг постепенно проводящейся политики европеизации Молдовы. На наш взгляд, это и есть та главная цель, которую должна сегодня преследовать наша страна.

Руслан Шевченко, доктор истории

Комментариев нет:

Отправить комментарий